Я слушал — и смотрел. И в какой‑то момент заметил, как Алина ненадолго отвела взгляд в сторону кувшина. Но затем эта секундная заинтересованность моментально пропала.

Я проследил за её взглядом и перевёл фокус ниже — к рукам Кати. Под алхимическим зрением кожа на мизинце правой руки чуть потемнела, вырисовывая тонкий, знакомый ореол вокруг ногтя. Та же структура яда, что я видел в лёгких Елены, только в миниатюре.

В обычном зрении простая тень. В моём — чёткая отметка контакта. И это проигнорировать уже не выйдет.

Катя в этот момент нервно тёрла тот самый палец о ладонь, будто хотела стереть с кожи то, чего не видела.

Интересно.

Я выдохнул, делая вид, что ничего особенного не заметил, и потянулся к кувшину, на этот раз беря его обеими руками.

— Хорошо, — сказал я чуть громче, чтобы переключить их внимание. — Раз вы все уверяете, что с водой было «как всегда», давайте проверим хотя бы это.

Я налил из кувшина воды в стеклянный стакан — ровно на один глоток. Поставил на край стола, ближе к ним.

— Катя, — обратился я как будто случайно, — подойди.

Она замерла на секунду, но послушно шагнула вперёд. На лице — испуг, но не отвращение. Стакан она взяла без колебаний, пальцы чуть дрожали, но хват был уверенный.

Я следил за ней, но краем глаза — за Алиной.

Та поначалу стояла неподвижно. Но как только стакан оказался в руках Кати и та поднесла его ближе к лицу, у Алины заметно расширились глаза. Плечи напряглись, пальцы, сложенные перед собой, судорожно сжались в замок.

Ей страшно?

— Я… выпить? — неуверенно спросила Катя, уже поднося воду к губам.

— Можешь, — спокойно ответил я. — Всего глоток.

Она была готова послушаться. Глянула на меня, потом — на Платонова, который молча наблюдал, и прижала стакан к губам.

Алина в этот момент едва заметно подалась вперёд. Настолько чуть, что обычный человек вряд ли обратил бы внимание. Но расширенные зрачки, побелевшие костяшки пальцев и стиснутая челюсть выдали её с головой.

Я поднял руку.

— Стой, — сказал я мягко, но твёрдо, и буквально двумя пальцами перехватил донышко стакана, не давая Кате сделать глоток.

Она вздрогнула, замотала головой, поспешно отодвигая воду от губ.

— Подожди, — я забрал стакан у неё из рук, не сводя взгляда с Алины.

Та уже успела вернуть лицу спокойствие, но слишком поздно. Момент первой, реальной реакции я запомнил.