Я чуть повернулся боком, глядя то на одну, то на другую девушку.

— Знаешь, Катя, — произнёс я рассеянно, словно передумав, — всё‑таки не ты у нас сегодня главный герой.

Я развернулся полностью к Алине и протянул стакан уже ей.

— Выпей, — спокойно сказал я. — Всего один глоток.

Алина на мгновение встретилась со мной взглядом. Ни страха, ни растерянности — только лёгкая, вежливая улыбка.

— Как скажете, господин, — тихо отозвалась она.

Она без тени колебаний взяла стакан. Пальцы легли на стекло уверенно, без дрожи. Поднесла воду к губам и…

Запястье дёрнулось. Она резко метнула стакан в мою сторону. Движение было отработанное, быстрое, не «случайное». Я успел лишь инстинктивно закрыть лицо рукой. Стекло разлетелось о край стола, вода брызнула на пол.

Практически одновременно с этим её другая рука нырнула в карман фартука. Пальцы выхватили небольшой металлический цилиндр, размером с детский кулак.

— Стоять! — рявкнул Платонов, но было поздно.

Алина чиркнула пальцем по рифлёной грани и швырнула цилиндр на пол посреди кабинета.

Хлопок был коротким, глухим. В следующую секунду полыхнул густой серый дым, стремительно заливающий помещение. Глаза защипало, горло свело, в голове на миг прыгнуло давление — состав был далеко не простой.

Она уже рванула к окну. Но я был к нему ближе.

Я бросился вперёд почти вслепую, ориентируясь по смазанному силуэту в дыму и вспышке её движения. Пальцы нащупали её запястье, и я сжал его до хруста, дёрнув себя на неё. Разворот, потянул её вниз, полу навстречу.

Мы вместе рухнули на ковёр. Я не стал играть в аккуратность, просто прижал ей коленом спину, одной рукой заломал за спину запястье, второй вжал плечо к полу.

Алина зашипела, выгнулась, как кошка, пытаясь вывернуться. Пыталась царапаться, пнула меня пяткой по голени, попыталась вцепиться зубами в предплечье, но я уже просто сместил вес, лишая её рычага.

— Лежи! — процедил я, усиливая нажим. — Лежи тихо.

Она выругалась сквозь зубы, на незнакомом мне диалекте, коротко и зло. Вжималась в пол, пыталась вывернуть руку из захвата, но сил не хватало.

Дым тем временем заполнял кабинет стеной. Лёгкие отреагировали моментально — тяжесть, головокружение, в голове муть.

— Воздух, — коротко бросил Платонов.