Уголок её рта дрогнул, и я понял, что прошёл её маленький экзамен.

— А это что за чудо? — указала она кивком головы в сторону моей черепашки.

— Это Дина, единственная в своём роде. Безобидная, хотя и вечно голодная.

Бабушка хмыкнула и перевела взгляд на Рида, который успел вернуть себе вид каменного изваяния.

— Видали мы и постраннее. Морган, веди гостя наверх, а я распоряжусь, чтобы накрыли на четверых и ещё на двоих хвостатых. Вы голодны, молодой человек?

— Всегда.

— Хороший ответ.

Дина при слове «накрывать» сделала по кабинету круг с восторженным сопением, а Рид с подоконника спрыгнул и оказался у двери раньше всех нас.

— Тогда не будем заставлять зверей ждать.

Бабушка первой вышла в коридор, опираясь на трость, и мы потянулись за ней.

Лестница оказалась узкой и скрипучей. Морган шёл первым, бабушка поднималась сама, а Элиза подстраивалась под её темп.

Дина пыхтела позади и возмущённо сопела. Её лапы едва доставали ступеней, а панцирь то и дело задевал стены на каждом повороте.

За лестничной площадкой открывалась гостиная под низкими балками. У окна стояло потёртое кресло, развёрнутое боком к камину, а над камином висел большой портрет в тёмной раме.

Я замедлил шаг перед портретом. С холста смотрела молодая женщина, и её сходство с Элизой было просто поразительным. Улыбка на картине оказалась в точности такой же, какую я видел у девчонки всего полминуты назад.

Морган остановился рядом и негромко произнёс, как будто боялся потревожить портрет:

— Это Линнея, мама Элизы. Полтора года назад…

— Соболезную, — я кивнул, слова были излишни, тяжело терять близких, особенно когда у тебя на руках престарелая мать и маленькая дочь…

В гостиной было одновременно прибрано и пыльно, как бывает в домах, где мужчина старается изо всех сил, но не знает, с какой стороны взяться за наведение порядка. Женской руки здесь не хватало двумя руками сразу, и от этого щемило где-то под рёбрами.

Видимо, слуг не хватало для того, чтобы содержать такой большой особняк в ухоженном виде.

Из соседней двери донеслось бряканье посуды, и Дина тут же сменила курс. Мы прошли следом.