— У вас, граждане уголовники, одна беда: жить хотите долго, а думать привыкли коротко. Значица так… Даю шанс. Выдадите того, кто убил оперуполномоченного Кулешова, остальных отпускаю. Слово начальника УГРО.

Тишина. Только сверчки трещали где-то на пустыре и пёс брехал в соседних дворах.

— Знаю, что это сделал кто-то из вашей шайки, — продолжал Степнов, постукивая основанием рукоятки нагана по ладони. — Все вы меня знаете. Для тех, у кого всё ещё туман в бошках — я Николай Николаевич Степнов, начальник уголовного розыска. И спрашиваю я вас в последний раз.

— Не меси воздух, начальник, — прохрипел из строя мужик с перебитым набок носом. — Нам с легавыми базарить западло. Хоть режь, хоть к стенке ставь. Мы люди воровские, по вашей дудке плясать не обучены. На понт не бери, пустое это. Оформляй, коли руки чешутся. А так — не по масти нам с тобой базарить.

— Ты мне мастью не прикрывайся. У меня на масти аллергия с тридцать восьмого года, — грозно проговорил Степнов.

Урка кхекнул и, скривившись, демонстративно сплюнул под ноги.

Степнов на это проявление презрения и бровью не повел. Его лицо даже не дрогнуло. Он просто вскинул наган и нажал на спуск.

Бах!

Кривоносый дёрнулся, охнул, схватился за грудь и мешком осел в темноту, куда-то в канаву. Строй было шарахнулся, кто-то матюгнулся, кто-то попятился, один — молодой, совсем пацан ещё — согнулся пополам и прочистил желудок прямо себе на ботинки. Стволы милиционеров мгновенно упёрлись в строй и заставили всех замереть.

— Тихо! Стоять! — рявкнул Степнов.

— Ты чего творишь, начальник⁈ — выкрикнул один из крайних, тощий и желтолицый, с впалыми щеками и чахоточным кашлем. — Не по-людски…

— Да я вас… По законам военного времени, без суда и следствия. Всю кодлу… — прошипел капитан.

— Война кончилась! Нету сейчас такого! Суд решает, а не ты!

Степнов медленно подошёл, и ствол нагана упёрся тощему в лоб. Капитан тихо проговорил:

— А я для вас и есть суд. И прокурор. И палач в одном лице.

Он пальцем оттянул курок, и щелчок взвода раздался в ночной тишине, готовя приговор для следующего.

— Считаю до трёх, — Степнов упёр ствол тощему в переносицу. — Либо говоришь, кто убил Кулешова, либо отправляешься вон за этим, в ад, потому что в рай вам ход заказан. Р-раз.

Тощий замотал головой, захрипел, закашлялся.

— Два…. — спокойно считал капитан.

— Не шмаляй, начальник! — голос у тощего дрожал. — Ничего не знаю! Не при делах я! Клянусь.